Выступление Председателя Счетной палаты Российской Федерации Татьяны Голиковой в панельной дискуссии Гайдаровского форума «Роль парламентаризма в экономике»

Уважаемые коллеги, добрый день.

Рада Вас приветствовать в этом зале снова.

Отвечая на поставленные передо мной вопросы, первое, что хочу сказать, - это, что новый состав Счетной палаты был фактически избран одновременно со вступлением в силу новой редакции закона о Счетной палате, которая существенно расширила полномочия контрольного органа.

Если говорить просто, то основные полномочия контрольного органа – это экспертиза проекта бюджета, оперативный контроль и последующий контроль исполнения федерального бюджета в первую очередь. Ну и безусловно ряд контрольных мероприятий, которые дают возможность более глубоко изучить ту или иную проблему и информировать Президента и Парламент страны о том, что делается ненадлежащим образом, где неэффективно и нерезультативно, а иногда и нецелевым образом используется финансовые ресурсы, и где имеются резервы, которые могли бы стать источником финансирования тех или иных расходов или источником перераспределения финансовых ресурсов.

Кроме того, в отличие от старого законодательства о Счетной палате Парламент существенно расширил полномочия, которые касаются экспертизы законопроектов и решений Правительства Российской Федерации, в тех случаях, когда они приводят либо к дополнительным доходам, либо к выпадающим доходам, либо к дополнительным расходам федерального бюджета. Это серьезный элемент работы, поскольку Парламент представляет на заключение Счетной палате все законопроекты, которые проходят. И наше мнение, как контрольного органа, имеющего всю исчерпывающую информацию по всем болевым точкам, является принципиально важным.

Когда мы проводим соответствующие контрольные мероприятия и представляем их результаты Парламенту, мы имеем возможность сказать, каковы пробелы действующего законодательства для того, чтобы они были устранены и тех нарушений, которые мы выявляем, больше не было.

Я знаю, что вчера в этом зале звучали разные оценки по поводу того, что нужно делать, как нужно делать и чего нам в ближайшей перспективе ожидать.

Но прежде чем остановиться на этих вопросах, я бы хотела ответить на вопрос Сергея Евгеньевича, а стоит ли нам ожидать 1998 года.

Ну, надо сказать, что мы находимся в принципиально другой экономической ситуации, которая не имеет ничего общего с 1998 годом. Безусловно, есть определенные риски, связанные с исполнением того бюджета, который буквально недавно принят. Но, мне кажется, что основная проблема кроется в том, какие шаги мы должны предпринимать и в какие сроки, для того чтобы исполнить или скорректировать тот утвержденный закон, который получил право закона в декабре 2015 года.

Я уже в этом зале в прошлом году говорила и сейчас повторюсь, что в январе нет необходимости принимать решения о срочной корректировке бюджета, несмотря на то, что падение цены на нефть выглядит достаточно драматично для нас. Никто на сегодняшний день, включая уполномоченные органы правительства, не имеет четкого представления, как мы сработали по итогам 2015 года, когда мы работали в условиях существенных ограничений, полного ввода экономических санкций.

Мне кажется, что, прежде всего, и Парламенту и Правительству надо оценить, какие итоги мы получили: что у нас произошло со всеми экономическими параметрами, с расходами федерального бюджета и бюджетов регионов, какие критические точки у нас есть, какие меры антикризисного плана в итоге дали свои результаты и какие надо продолжить не только в 2016 году, но и в долгосрочной перспективе. И мне кажется, что пока эти итоги не подведены, принимать скоропалительные решения о корректировке каких-то позиций бюджета нецелесообразно.

Остановлюсь на трех позициях, которые, на мой взгляд, характеризуют сегодняшнюю ситуацию, как сточки зрения цифр и отвечают на некоторые вопросы, которые часть поднимаются в аудиториях, обсуждающих экономические проблемы.

По оперативной информации мы исполнили федеральный бюджет по доходам в объеме 13,6 трлн. Рублей, по расходам – в объеме 15.6 трлн. рублей. Соответственно дефицит составил почти 2 трлн. рублей. И его параметры несколько ниже заложенных в утвержденном бюджете 2015 года (было заложено 3%, стало 2,6%).

В целом это достаточно приличные показатели, учитываю, что мы дважды корректировали бюджет. Причем сначала мы корректировали бюджет, резко снижая доходы. И долго спорили, в том числе в этой аудитории, нужно проводить секвестр или не нужно. В итоге провели секвестр 10%, потом вернулись к увеличению, потому что увидели большее поступление доходов, увидели несколько другие финансовые оценки, в том числе по итогам 2014 года. И в этом смысле мне кажется принципиальным дождаться итогов 2015 года.

Более того, давая заключение на проект бюджета и изменений к нему, мы неоднократно обращали внимание Парламента на то, что достаточно большой объем финансовых ресурсов и отдельные ведомства работают не совсем эффективно. Понятно, что, когда мы даем такие оценки, большим нашим союзником естественно выступает Парламент, чем Правительство, поскольку это определенная критика с точки зрения неэффективности использования финансовых ресурсов. А неэффективное использование – это и есть дополнительные резервы соответствующего бюджета.

Давайте посмотрим, что мы получили по итогам 2015 года.

Парламент предоставил достаточно широкие полномочия Правительству Российской Федерации, имея в виду необходимость исполнения антикризисного плана, для того, чтобы перераспределять расходы внутри бюджета, принимать оперативные решения, чтобы реализовывать антикризисный план. Парламент поставил под контроль эту процедуру – ежеквартальный отчет по исполнению антикризисного плана.

Безусловно, мы получим годовые результаты через 45 дней по истечению года. И нам еще предстоит оценить, как был реализован антикризисный план и как он повлиял на экономику страны. Но уже сейчас очевидно, что те объемы финансовых ресурсов, которые были перераспределены в рамках бюджета, они не все были использованы главными распорядителями. Так, по оперативным данным 235 млрд. рублей оказались неисполненными по итогам 2015 года.

Также я хочу обратить внимание на то, что в результате наших контрольных мероприятий (эти данные тоже носят пока предварительный характер) объем нарушений, который мы выявили в ходе 2015 года, оценен нами в 440 млрд. рублей. Эти 440 млрд. рублей, если их распределять по направлениям использования, то наибольшее количество нарушений у нас фиксируется при исполнении инвестиционных программ. На втором месте стоит использование имущества и на третьем месте – государственные закупки. Вы зададите мне вопрос, для чего я привожу все эти цифры? А цифры я привожу для следующего. Как я уже сказала объем доходов бюджета исполнен в объеме 13,6 трлн. рублей, объем доходов 16 года – 13,7 трлн. рублей, объем расходов бюджета на 2016 год – 16,1 трлн. рублей. Бюджет 2016 года имеет определенных запас прочности, а именно два резерва: 65 млрд. рублей плюс остатки, которые останутся по итогам исполнения бюджета 2015 года. Это предстоит еще уточнить, но предположим, что это 235 млрд. рублей, о которых я сейчас сказала. Плюс 342 млрд. рублей – это второй резерв, который связан с неиспользованием средств, которые остаются от накопительной части пенсии. Простым суммированием вы можете определить соответствующий объем ресурсов, который не распределен ни на какие цели, и который можно пока не распределять , если у нас есть соответствующие риски исполнения доходов и, как следствие, расходов федерального бюджета. Теперь давайте посмотрим на ту часть, о которой я сказала. Эти 440 млрд. рублей, которые тоже оперативные данные неэффективного использования средств.

И, наконец, последняя цифра, которую я хочу привести в этой аудитории. Она тоже не носит окончательного характера, но мы передали на исполнение долгосрочных и краткосрочных контрактов за счет бюджета достаточно большие суммы, и объем дебиторской задолженности на 1 октября 2015 года (скоро будут данные на 1 января 2016 года) составляют 4,1 трлн. рублей. Скажите, пожалуйста, при таких резервах есть запас прочности у бюджета? Конечно, есть. И мне кажется, что нужно обратить самое пристальное внимание на то, что делается внутри бюджета. Еще раз повторюсь, на то, как он был исполнен за 2015 год. И тогда, наверное, у нас желание глобально сокращать или осуществлять секвестр будет несколько иным.

И, наконец, еще одна тема, на которую я бы хотела обратить внимание и завершить, так как я затягиваю время. Это ситуация с регионами страны. Мы не безразличны к тому, что складывается. Мы, несмотря на разграничение полномочий, должны безусловно мониторить ситуацию в регионах. И здесь есть определенные проблемы, которые вызывают вопросы, на которые нам придется отвечать в том числе и в 2016 году. Что я имею в виду? Я имею в виду следующее: мы наблюдали в течение всего 2015 года вплоть до 1 декабря достаточно большой профицит при исполнении консолидированных бюджетов регионов. По итогам декабря, то есть по итогам 12 месяцев, мы получили дефицит почти в 191 млрд. рублей. Это означает, что в декабре 2015 года регионами были произведены достаточно большие расходы. И из 85 регионов страны 76 регионов закончили год с дефицитом. Это очень большая цифра. Только 9 регионов страны закончили свой бюджетный год с профицитом. И обеспечили этот профицит традиционные ведущие доноры: это Москва, Санкт-Петербург, Сахалин, Московская область и др. Все остальные закончили год с дефицитом. И думаю, пока еще таких данных нет, с достаточно большим объемом государственного внутреннего долга. И тот объем расходов, который был произведен в декабре, об этом свидетельствует дефицит бюджетов регионов, говорит о том, что, скорее всего, были привлечены достаточно большие кредитные ресурсы для того, чтобы профинансировать расходы конца 2015 года. Возвращаясь к тому, с чего начал Сергей Евгеньевич (прим. Председатель Государственной думы Российской Федерации С.Е. Нарышкин), 16 год непростой для Российской Федерации, это выборный год. И понятно, что наши коллеги – депутаты будут работать в регионах. И принципиально важно - те средства, которые будут использоваться в регионах, эффективность использования этих средств, и сама поддержка регионов. И поэтому я сейчас обратила на эту проблему самое серьезное внимание.

И, наконец, еще одна завершающая тема, которая тоже будет присутствовать на повестке дня в 2016 году, и ее невозможно недооценить. Это резкое падение реальных доходов населения в 2015 году. И в этом смысле я думаю, что правительством должны быть приняты меры, которые должны быть направлены на поддержку самых социально незащищенных групп населения. В какой форме будут приняты эти меры – это тема обсуждаемая, но оставить это без внимания на сегодняшний день невозможно. В противном случае, нам нужно будет потом потратить достаточно серьезные финансовые ресурсы для того, чтобы потом эту ситуацию исправлять. Сергей Евгеньевич (прим. Председатель Государственной думы Российской Федерации С.Е. Нарышкин), эту тему бюджета можно обсуждать бесконечно долго, но, резюмируя, я хочу сказать, что у нас не так много времени. У нас есть первый квартал 2016 года для того, чтобы оценить все то, что я сейчас сказала и то, что еще, наверное, прозвучит сегодня, но это принципиально важно для того, чтобы правильно расставить приоритеты, правильно расставить акценты в тех условиях финансовых ограничений, которые мы будем иметь в 2016 году.

Спасибо!